Вестфальский мир

Условия Вестфальского мирного договора имели фундаментальное значение для Священной Римской империи. В территориальном плане договор закрепил утрату империей Швейцарии и Нидерландов, которые были признаны независимыми государствами. В самой империи значительные земли попали под власть иностранных держав: Швеция получила Переднюю Померанию и земли бывших епископств Бремена и Фердена, Франция — бо́льшую часть Эльзаса, Брейзах и Филиппсбург.

Была также подтверждена секуляризация церковных земель в Северной Германии. В конфессиональном плане было признано равенство на территории империи католической, лютеранской и кальвинистской церквей, закреплено право свободы перехода из одной религии в другую для имперских сословий и гарантировались свобода вероисповедания для религиозных меньшинств и право на эмиграцию.

При этом были строго зафиксированы конфессиональные границы и установлено, что переход правителя княжества в другую религию не должен был сопровождаться изменением конфессии его подданных. В организационном плане Вестфальский мир принёс кардинальную реформу порядка функционирования органов власти империи: религиозные проблемы были отделены от административно-правовых вопросов и для их решения в рейхстаге и имперском суде был введён принцип конфессионального паритета: каждой конфессии предоставлялось равное количество голосов, что восстановило эффективность работы рейхстага и суда.

Вестфальский мир также перераспределял полномочия между властными институтами внутри империи: текущие вопросы, в том числе законодательство, судебная система, налогообложение, ратификация мирных договоров, были переданы в компетенцию рейхстага, который становился постоянно действующим органом.

Это существенным образом меняло баланс сил между императором и сословиями в пользу последних. В то же время, хотя официально признавались и закреплялись права и привилегии сословий («территориальное право сословий», лат. jus territoriale), имперские чины не превращались в носителей государственного суверенитета: имперские княжества оставались лишёнными ряда атрибутов современного независимого государства и не могли заключать международные договоры, входящие в противоречие с интересами императора или империи.

До конца XX века Вестфальский мир оценивался большинством историков как договор, закрепивший национальный и религиозный раскол Германии, резко ограничивший прерогативы императора в пользу территориальных княжеств и предопределивший последующий упадок и распад империи. Последствия Вестфальского мира для Германии рассматривались как победа партикуляризма над центростремительными силами короны и полное освобождение князей от власти императора, повлекшее политическую раздробленность империи.

По выражению крупного немецкого историка конца XX века Фолькера Пресса, «тенденции Вестфальского мира превращали империю в Империю князей, среди которых император в будущем был бы не более чем „первым среди равных“». Положительным моментом, по мнению учёных, являлось лишь изживание конфессионального правосознания и зарождение современного международного права, основанного на суверенитете государств и не зависящего от религиозной принадлежности субъектов права.

В последнее время, однако, происходит переосмысление роли Вестфальского мира для судеб империи. Особое внимание уделяется восстановлению базовых структур империи, пришедших в упадок во время Тридцатилетней войны, и, прежде всего, всесословного рейхстага, который превратился в центр интеграционных процессов и опору всей имперской конструкции.

Современные историки уже не рассматривают Вестфальский договор как однозначное торжество сепаратизма и крах имперского единоначалия. Наоборот, «сохранившееся правовое пространство открывало императору путь к возвращению в империю»; играя на противоречиях сословий и пользуясь принципом конфессионального паритета, император смог выступать в качестве нейтральной, сплачивающей империю стороны. Имперские сословия не добились суверенитета и остались в правовом поле империи, ценность которой только повысилась.

Вестфальский мир в определённом смысле рассматривается как развитие и совершенствование принципов, заложенных имперской реформой 1495 года и Аугсбургским договором 1555 года. Мир не принёс ни раздробленности, ни княжеского абсолютизма, а способствовал национальному сплочению немецкого народа и закреплял положение status quo, препятствуя аннексии малых владений и деспотическим формам правления. Вестфальский мир не делал империю аморфной, но гарантировал ей дальнейшую жизнь в сложившейся форме.